Полоцкие замки

Ревизия Полоцкого замка 1552 г. интересна тем, что тогда был сделан подробный
перечень огнестрельного оружия, пороха, ядер, разной амуниции, которые
хранились в «королевской клети». В документе отмечены десять бронзовых пушек
«не вельми великих, на колах добрых окованных», «дело спижаное великое», два
«дела спижаных» длиной две с половиной пяди и две пяди, «к дереву прикованных»,
две железные пушки такого же калибра и устройства. Упоминаются пушка бронзовая
«немалая», «мордеры спижаные Витолтовы тры, а один мордер четвертый железный, с
которого можно стреляти». Здесь находились 5 «сарпантынов», 27 гаковниц старых,
50 присланных королем и две, полученные «от пушкара замкового з службы его
пушкарское на замок даных». В цейхгаузе хранилось 11 «киев старосвецких
железных добрых» (ручное огнестрельное оружие XV в.), железные, медные и каменные
«хормы» для отливки ядер и пуль, запас пороха, серы, селитры, ядер и пуль
каменных и оловянных, «шрот» и многое другое.

Среди восьми полоцких замковых пушкарей только один был иностранцем. Старшим
пушкарем был В. Миклашевич, который получал 10 коп грошей, держал за городом
две «вольные корчмы — пивную и медовую», а под Великими Луками у него было
имение. За это В. Миклашевич ежегодно поставлял в замок Полоцкий «сто куль
каменных».

Пушкарь Яков Занкович имел в городе дом, получал 12 коп грошей, два сукна, а
за это ежегодно обязан был «на замок давати две гаковницы». Остальные пушкари —
Антип Кондратович, Войтех Сулоцкий, Матвей Волк, Шимон Янович, Ян Смолыст
получали от 6 до 10 коп грошей и должны были «робить порох».

Суровые испытания выпали на долю Полоцка в годы Ливонской войны. В конце
января 1563 г. громадное войско во главе с Иваном Грозным, вооруженное 150—200
пушками, осадило город. Спасаясь от войны, под защиту его стен со всей Полоцкой
земли пришли крестьяне, шляхта, мещане. Осада с артиллерийским обстрелом,
штурмами и пожарами, от которых только в Нижнем замке сгорело 3 тысячи дворов,
создала в стане осажденных сложную обстановку. Ситуация усугублялась скоплением
громадного количества гражданского населения. Голод заставил выйти и сдаться крестьян
Полоцкого повета, которые вместе с семьями и скарбом «сидели в остроге»,
сгоревшем дочиста. Только в царский полк вошло более 11 тысяч человек. В другие
воеводские полки и в татарские станы «вышло так много людей, что тем же не бе
числа»,— сообщается в летописи. Защитники Верхнего замка и Заполотского посада
отказались сдаться неприятелю.